МЫ. ВА-БАНК. АПОПЛЕКСИЯ ПО УТРУ. ЭКА СЕРВИС или ЭХ! ПРОКАЧУ!

­­­­

ИГРА ВА-БАНК — КАК ШАГ В НОЧИ.
А ШАГ В НОЧИ — ПОСТУПОК СМЕЛЫЙ.
СМЕЛЬЧАК-БЕЗУМЕЦ НЕ КРИЧИТ:
КРИК — ВРАГ: ПОГУБИТ ЕГО ДЕЛО.

НО ДЕЛО ЛИ ИГРА ВА-БАНК?
ВА-БАНК — ИГРАЕТ ЛИШЬ БЕЗУМЕЦ.
БЕЗУМЕЦ ЖЕ — НЕ ЧИН, НЕ РАНГ,
ОН НЕ ГЕРОЙ, НЕ ВОЛЬНОДУМЕЦ.

БЕЗУМЦУ НУЖЕН «СОН ЗЛАТОЙ»,
ПОБЕДА НАД СУДЬБОЙ И РОКОМ,
ПОВЕЛЕВАТЬ СВОЕЙ МЕЧТОЙ,
ВОЗМОЖНО, И ПОСПОРИТЬ С БОГОМ.

УВЫ, У ВСЕХ КОНЕЦ ОДИН,
КЕМ ОН ПРОПИСАН — НЕ ЗАГАДКА,
НО КОЛЬ ВСЕСИЛЕН ГОСПОДИН,
К ЧЕМУ ВСЯ ЭТА ЛИХОРАДКА?

ДА, НЕ К ЧЕМУ, КОЛЬ СЛАБ ИГРОК,
В БОГАТСТВЕ ВИДЯ ЛИШЬ УДАЧУ,
СВОЙ СТРАХ ОН ЗАПЕР НА ЗАМОК,
СУДЬБУ ПЫТАЯСЬ ОДУРАЧИТЬ.

ОН СТАВИТ ВСЁ — ЕМУ НЕ ЖАЛЬ,
ПОКА В ГЛАЗАХ ГОРИТ НАДЕЖДА.
НО ЗА ИГРОЮ ДЫШИТ ДАЛЬ,
ГДЕ РИСК, ОТЧАЯНЬЕ — БЕЗДНА.

А В БЕЗДНЕ МРАК И НЕМОТА,
ХОТЬ РЕЖЬ НОЖОМ, НИ ЗГИ НЕ ВИДНО,
ОТКУДА Ж ВОСПАРИТ МЕЧТА?
А БЕЗ НЕЁ ДУША ПУСТЫННА…

     Тут бы, казалось, и вернуться к рассказу. Хотелось продолжить его — как водится, набором обыденных фраз:

— Мол, в одну реку не вступить дважды.

— «Золотой Застой» исчез, словно утренний туман, в лучах восходящего безумия.

— Одна шестая часть суши беспомощно лежала, скованная параличом неудач.

— Страна-Титаник медленно погружалась в трясину междоусобных дрязг.

      Куда там! С торного пути сбил Стишок, который без спроса преградил дорогу моим воспоминаниям. И мысли и разумения потекли дорогой, ведомой только ему — Стишку.

     Попытки обрести новое пристанище, вроде уже рухнувшей в Тартарары редакции, оказались тщетны. Никто не нуждался в новых откровениях Тейяра де Шардена, да и в книгах вообще. На месте шараг остались «обуглившиеся столбы Герники».

    Среди них ютились бывшие инженеры и научные работники. Рубли обретали стоимость бумаги, на которой были напечатаны. Скатерть Самобранка — и это касалось не только общепита — в новой Сказке требовала за свои «сказочные услуги» дороже, чем Соловей-разбойник за проезд через речку Смородинку…

    Я же организовал КООПЕРАТИВ с затейливым названием «ЭКО СЕРВИС», где буква «О» в разговорах всё чаще походила на «А» — в полном соответствии с духом времени и известной рекламой: «ЭХ, ПРОКАЧУ!»

    Не нужно думать, будто у меня в мыслях было желание кого-нибудь ПРОКАТИТЬ или НАГРЕТЬ. Только ЧЕСТНОСТЬ, только исполнение всех ПОЖЕЛАНИЙ заказчика, только БИЗНЕС и ничего больше.

    И ОН поверил… ОН услышал мои молитвы.

    Первый же заказ — «ОХРАНА ПРИРОДЫ ПОЛУОСТРОВА ЯМАЛ» — потянул на ДВА миллиона рублей.

    Да, родные рубли обесценивались каждый месяц. Но на заре всеобщего помешательства на деньгах и общечеловеческих ценностях МИЛЛИОН всё ещё был МИЛЛИОНОМ, а ДВА МИЛЛИОНА равнялись, ну, хотя бы ПОЛУТОРА прежним…
    Рассчитывать на коллег по кооперативу не приходилось. Да, и они когда-то окончили Географический факультет, но ехать за Полярный круг не решались. В тайге волки, медведи, в море касатки… Дома семьи и… неверящие мужьям жёны.
    Правда, деление помянутой суммы на всех труда не составило. Благо, списанные калькуляторы уже появились в комиссионных магазинах. И любой честный труженик мог их приобрести за свой недельный заработок.
    Сразу же оговорюсь: ОПГ «МГУ» в те времена сразу же сошла с дистанции. Её члены ходили понурыми и голодными. И нет никого печальнее на свете, нежели отчаявшиеся мафиози с учёными степенями.

Поэтому-то при моём появлении на Географическом факультете воцарился Праздник…

АХ, ЯБЛОК РАЙСКИХ АРОМАТ…

И ЗМИЙ, СТРУЯЩИЙСЯ ПО ДРЕВУ…
НАИВНОСТИ ЛУКАВЫЙ ВЗГЛЯД…
ЗАЧЕМ АДАМ ПОСЛУШАЛ ЕВУ?

     Ну, уж простите! Опять со стишка начал. Никуда не денешься — на память пришёл фильм «Крестный отец». Там всё начиналось также. Правда, на Геофаке никто не отплясывал тарантеллу… Но навстречу вышла Первая красавица факультета. Назову её «ДЖ…» или «Да здравствует Жизнь!»…

…Не буду томить. Это прозвище она получила от меня лет двадцать назад, когда мы впервые столкнулись у самой большой аудитории Главного здания МГУ. Шок от встречи оказался настолько силен, что я воскликнул: «Да здравствует Жизнь!»…

     За неделю до того я получил отставку от Принцессы Гармонии. Пробуждение, или, если хотите, Ана́стасис, произошло быстрее, чем положено даже чуду.
    Да и кто бы не ожил, увидев наяву девушку с обложки подпольного в ту пору журнала BURDA…

 — Здравствуй, — сказала она, как и в тот первый раз. — С чем явился сегодня?

— С деньгами, — признался я и добавил, густо покраснев: — Большими деньгами!

— Тогда нам есть о чём поговорить, — усмехнулась Дива. — Зайдём в мой кабинет.

    Сразу замечу: все годы, что мы не виделись, пошли ей на пользу. К тому же учёная степень, прибавившаяся к помянутым достоинствам, парила над её головой чем-то неосязаемым, напоминавшим венец нимба.

АХ, ЭТОТ ИСКУС — ДИВНЫЙ ПЛОД
ЗАПРЕТА, СЛАДОСТНЫХ МЕЧТАНИЙ…
ПОКРЫТЫЙ ШАЛЬЮ ПОЗОЛОТ —
ПРИМАНКА ДЛЯ ПУСТЫХ ИСКАНИЙ.

    Увы, обстановка кабинета рассеяла внезапно сложившееся очарование Наукой. А мои предложения заставили глаза «ДЖ» вспыхнуть дьявольским огнём.
    Я не называл цифры вознаграждений. Речь больше касалась того, что можно было бы приобрести на них в эпоху Перемен, не касаясь того, что именно в это время представления о ценностях, равно как и сами ценности, могут либо исчезнуть, либо резко подскочить в цене.
    Она тоже не оплошала. Разложила передо мной карту Ямала и стала помечать наиболее «болезненные места» в этой тьмутаракани. Сговорились быстро. Расстались очень мило.
    Оставалось вывезти экспедицию в поле. По понятным причинам привлекать к этому других членов кооператива не стал. Хватит с них и оговоренной доли. «ДЖ» — это мой трофей.

БАНКЕТ…

     Городок Ноябрьск — первая остановка. Вертолёт — тайга и тундра — следующая. Прима Геофака и её отряд успешно приземлились на вечную мерзлоту.
    У меня же в горле застыл комок. И у бизнесменов порой пробуждается совесть. Такую-то красоту — и в сибирские топи… В душе я поклялся: если она выберется из этого Ада живой и невредимой, устрою Большой Банкет.

   Плохо же я знал жизнь.
   На следующий день получил радиограмму: «Устроились прилично. Гадкую тушёнку выбросили, питаемся дарами леса…»
   И приписку:
   «ДЖ подстрелила мишку и двух хрюшек. Есть свежие медвежатина и кабанина с ароматом хвои, да тетерев, запечённый в золе (прилетел сам), грибы, ягоды».
   Позже узнал, что в их лагерь наведались нефтяники и, увидев МИСС ГЕОФАК, потеряли сон.
О, если бы только они одни…
   Прошло пару недель, и, согласно уговору, прилетел забирать это Чудо.

    Вертолёт, сделав круг над поляной, стал плавно приземляться и вдруг дал резкий крен. Второй пилот перехватил рычаг. Мы зависли над полем и расплющили носы о стекла кабины…
    В лучах незаходящего полярного солнца раскачивался гамак. В нём, в легкомысленном купальнике, загорала «ДЖ».
    Слепни, комары и осы, тучами атаковавшие здесь любого пришельца, кружили на почтительном расстоянии от неё, не смея потревожить повелительницу тайги и тундры…
    Я осмелился взять на себя эту роль. За что и был сильно искусан насекомыми.
   Пока второй пилот приводил в чувство первого, «ДЖ» собралась в обратный путь.
   Полевая одежда, в которую она облачилась, ничуть не ослабила впечатления от увиденного прежде. Но оба лётчика, подчинившись необходимости, всё же взлетели.

    В гостинице мне пришлось исполнять данное самому себе обещание.

БАНКЕТ ТАК БАНКЕТ.

ПЛАМЯ ТУСКЛЫХ СВЕЧЕЙ, СЛОВНО ЗВЁЗДЫ В НОЧИ,
ДА, НА СТЕНАХ НЕЯСНЫЕ ЯРКИЕ БЛИКИ,
ОГОНЁК СИГАРЕТЫ — СЕРДЦЕ ГРОМКО СТУЧИТ…
НО ВЕДЬ ДОМА ПОЙМУТ, НА ЛИЦЕ ВСЕ УЛИКИ.

     Шторы задернуты. В комнате полумрак… Хорошо, что в это время у меня в руках был бокал с коньяком. И вообще, что руки оказались хоть чем-то заняты. Иначе…

— Иначе… — «ДЖ» многозначительно улыбнулась и продолжила мои мысли вслух:

— …кооператив и все его активы.

     Затем, помолчав, посмотрела на меня в упор и тихо добавила:

— Глаза, парень, выдают твои желания с головой.

     Коньяк в бокале полыхнул синеватым пламенем. А тихий смех «ДЖ» заставил вспомнить Одиссея, велевшего привязать себя к мачте перед пением СИРЕН…