БОГАТЫЙ АВТОР, БЕДНЫЙ АВТОР. 7. ОТ ВОРОТ ПОВОРОТ

Добавлено в закладки: 0

 

23 августа 2003 года, 06:00, аэропорт Заводское в Симферополе

Подхожу к арендованной Абдуллой «восьмёрке» на лётном поле. КВС (командир воздушного судна) Александр Иванович Гетьман слегка меня обескураживает.

Оказывается, мой «БОГАТЫЙ ПАПА» ещё вчера убыл в Полтаву на машине. И присоединится к нам только на обратном пути вместе с таинственным грузом.

— Много будешь знать — не дадут состариться! — обрывает мои дальнейшие вопросы Александр Иванович. И предлагает занять правое пилотское кресло, поскольку полёт оплачен моим «патроном» Абдуллой. Второй пилот — увалень Дима Журавлёв — нехотя пристёгивается к боковой скамейке в грузо-пассажирском салоне. «Руки вместе, ноги вместе — получаем тыщу двести!» — так в советское время дразнили вторых пилотов с «восьмёрок» завистливые стосорокарублёвые наземные инженеры. Вчера я видел Димин стишок «СИСТЕМА ТРЯСИНЫ» в аэропортовской стенгазете. Там  начинающий пиит выступает под псевдонимом «ЖУРАВЛЬ В НЕБЕ». Концовка шедевра показалась мне слегка упаднической:

«…И только хохочут довольные ливни,
Косыми клинками пшеницу рубя:
Чем больше ты крутишься, тем эффективней
Трясина засасывает тебя…»

Экипаж готовится ко взлёту. Командир щёлкает переключателями. Слева от меня грузный бортмеханик Карпович  со страдальческим видом массирует свой правый артрозный тазобедренный сустав. Это крайний полёт старожила (авиаторы никогда не говорят «последний полёт», «последняя заправка»). В понедельник ветеран уходит на заслуженный отдых. Двадцать лет назад молодой авиатехник Карпович с большим трудом пробился в бортмеханики. — Хочешь на бовт, Кавпович? Будет тебе не бовт, а бовт! — издевался над соискателем замполит лётного отряда Кривдюк, не выговаривавший буквы «р» и «л».

…Движки ТВ2-117 выходят на взлётный режим. «Вертушка» напрягается, подрагивает, зависает над бетонкой, клюёт носом и, набирая скорость, устремляется в загазованное небо Симферопольской промзоны.

Через гарнитуры СПУ (самолётного переговорного устройства) я слышу гордый голос командира: «Ты, Гарри, небось, первый раз над нашим Заводским в небо поднялся? Гляди, красота какая! Аэродром наш ещё в 1915 году основали. Вон, внимательно смотри, на другой стороне лётного поля аэроклуб Симферопольский. Его до войны заканчивал Дважды Герой Советского Союза, крымский татарин по маме Султан Амет-Хан. Его именем сейчас собираются назвать Центральный Симферопольский аэропорт. А в прошлом году у нас в Заводском работала специальная государственная экологическая комиссия. И дала заключение, что наш аэродром имеет для города колоссальное значение. Ведь Симферополь в переводе с греческого — это ГОРОД ПОЛЬЗЫ, ГОРОД-СОБИРАТЕЛЬ. Но собирает столица Крыма в своей котловине заодно и смог от заводов и автомобилей. А наше лётное поле — ворота для воздушных масс со стороны юго-запада!»

Я интересуюсь, когда власти снесут дряхлые бараки, которые построили ещё немецкие военнопленные — жить в прогнившей общаге без душа с вонючим туалетом напротив нам с братом некомфортно.

…Ответ на этот вопрос я получил только через семнадцать лет. И дал мне его не КВС Гетьман, а озвучил в СМИ самопровозглашённый Глава полуостровного правительства. Оказывается, вскоре на месте ворот для воздушных масс проворные девелоперы с материка воздвигнут плотный кляп многоэтажной застройки…

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ