БОЛЬШОЙ МАЯК. 75. РОМАНТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
Добавлено в закладки: 0
— Ого, Хуан, как тебе удалось притащить в твой «МосСад» мой первый автомобиль? — у Главковерха от удивления отвисла челюсть.
— Извини, Виленька, — дал указание от твоего имени твоему помощнику Шнуркову. А тот связал Главкома ВВС с питерским губером. Твой «запор» выкатили из музея, подшаманили, помыли, заправили и приволокли в Крым — сначала в Симфи на транспортнике, потом сюда на вертушке. Машина-зверь, как пел Бодя Титомир, готова к романтическому путешествию!
— К какому такому романтическому путешествию? — оторопело пробормотал нацлидер.
— Ай-яй-яй, постаревший на тридцать семь лет герой-любовник совсем позабыл о прибрежной бочке, в которой дважды потерял невинность! И спереди, и сзади, хе-хе… Придётся мне туда тебя отвезти. Думаю, пару километров вниз до моря твоя старушка как-нибудь одолеет. Армянское радио, кстати, утверждает, что «жопарожицей» — пардон, «запорожец» может развить скорость пятьсот километров в час…
— Если его спустить с горы Арарат. Я помню этот анекдот, Хуан… А какие машины сейчас выпускает ЗАЗ?
— Самая крутая модель у них — удлинённая «ТАВРИЯ-СЛАВУТА». Маленький такой лимузинчик…
— Я слышал, что крымчане называют её «ТВАРИЯ-СВОЛОТА», — саркастически хмыкнул Президент.
— Не любишь ты украинский автопром, Виленька! — улыбнулся Куньес.
— Я и украинцев не очень-то люблю… — нахмурился Гарант.
— Пора уже тебе для подъёма настроения вспомнить бочку, полную любви. Ты же был в ней счастлив в начале мая семьдесят седьмого. Кстати, там тебя ждёт сюрприз… Садись, прокачу!
— Уговорил, Хуан. Ты прав — семьдесят седьмой год стал для меня сакральным. Кстати, если соединить две семёрки, получится буква Z. В детстве моим любимым героем был мститель Зорро…
— Представляю тебя со шпагой на лихом коне! — расхохотался архитектор, — а пока нашим железным конём поработает твой старый «запор».
…Через пару минут «машина-зверь» лихо вырулила со стоянки садового центра и понеслась по Гурзуфскому мосту.
— Мост уже переименовали в Большемаякский? — сухо поинтересовался Вилор Вилорович.
— Ваксёнов пошутил, что сначала надо Ленинградскую область переименовать в Санкт-Петербургскую, — ухмыльнулся испанец.
— Дошутится он у меня! — отпарировал Верховный, поглаживая кота Кiтлера, прикорнувшего у него на руках.
— Настоящий мужчина всегда имеет право налево, — с этими словами Хуан, не сбавляя скорости, мастерски совершил левый поворот, съезжая с трассы.
— Кто ж так налево поворачивает? — испуганно воскликнул нацлидер. — Надавали б тебе, Хуан, в советское время пощёчин, если б ты так налево поворачивал!
— Слесаря Полесова вспомнил, Виленька? — издевательски отреагировал Куньес, ещё сильнее нажимая на газ угрожающе потрескивающего драндулета.
По обочинам замелькали кипарисы и виноградники. Подпрыгивая на изломах страдающей оползнями дороги, вскоре «запорожец» въехал на территорию дома отдыха «Гурзуф».
А вот и долгожданная бочка!
Здесь за три с лишним десятка лет мало что изменилось.
Только отвалился кусок полукруглого шифера с крыши, а перед входом вымахало какое-то дерево.
Вилор Вилорович внезапно почувствовал, как в животе у него проснулись давно позабытые бабочки.
И отважно распахнул дверь в номер.
— Добро пожаловать, господин Президент! — с веранды, как из лучезарного прошлого, навстречу гостям шагнула Рита, первая женщина ВВП.
— Я пойду прогуляюсь по набережной, — подал голос Хуан, — но не до утра, как 2 мая 1977 года…



1 комментарий