ЖИВОПИСЕЦ. 17. НА ЯРМАРКУ НЕВЕСТ

Добавлено в закладки: 0

 

 

ГЕРТРУДА ШТРУДЕЛЬ

Мюнхен. 12 октября 1913 года

 

Я с папой впервые в Мюнхене. Да и вообще впервые за границей — к своему стыду. Отец чуть ли не насильно вытащил меня из Крыма.

— Поработаешь, Гертруда, кёльнершей в нашей палатке на ярмарке, — вынес вердикт папенька. — Заодно, может, солидный бюргер на тебя глаз положит. А то здесь в нашем Судаке одна голь перекатная вокруг околачивается.

И вот я уже с полудня кручусь-верчусь, как пчёлка — кружки с пивом прямо бегом разношу посетителям. Папина марка «КРЫМСКАЯ БАВАРИЯ» идёт на «ура!». И светлое, и тёмное… Заходят к нам, в основном, немцы. Это хорошо — а то в нашем таврическом захолустье я уже начала потихоньку родной язык забывать…

Но, конечно, рано или поздно наша вывеска на русском должна была привлечь и русскоговорящих. Первая такая пара, как оказалась, прибыла прямиком из Парижа. Начать медовый месяц с «ОКТОБЕРФЕСТА» предложил невесте Аксинье новоиспечённый глава семьи — поэт Семён Моголь-Трояновский. Осушив по литру светлого и тёмного, Семён Дмитриевич вместо стихов изложил мне и папе свои марксистские взгляды. Оказывается, и Россия, и Германия стоят на пороге большой империалистической войны. И задача партии большевиков, в которой наш гость состоит уже десять лет, — превратить эту войну в мировую революцию.

Сказать, что мой папа этим речам не обрадовался — просто ничего не сказать. Отец побагровел, набрал в себя воздуха…

… И тут высокие двери распахнулись, и в палатку вошёл статный молодой военный в форме Королевских Баварских ВВС.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ