КРЫМЧАНИН. 29. РАССТАВАНЬЯ ЧАС ЖЕСТОКИЙ
Добавлено в закладки: 0
— Честно говоря, Сандро, мне не особенно интересны подробности трогательной дружбы Гитлера и Муссолини.
Расскажи-ка лучше, куда подался твой папа после выписки из подземного госпиталя в осаждённом Будапеште?
— Покинув госпитальную койку, Сель Диарей-Ширинский вскоре прилетел обратно на своём Шторьхе.
— Чтобы вывезти из котла твою маму?
— Конечно, Аи.
Но ситуация приняла неожиданный оборот.
Когда бравый чингизид вошёл в комнату, где жили Алла и Анца-пулемётчица,
моя мама, как назло, отсутствовала — ассистировала хирургу Андрашу во время сложной операции.
Зато Анца была на месте и мастерски воспользовалась свободным помещением.
— Отдалась твоему папе?
Как он мог?
— Настоящий мужчина, к сожалению, всегда имеет право налево.
Но не должен забывать о последствиях.
Скандал не замедлил разразиться…
— Алла их застукала?
— На самом пике прелюбодеяния…
— И?
— Папа неуклюже попытался оправдываться.
Но получил с размаху металлической «уткой» по голове.
Довеском Алла заявила, что ни в какой Берлин с изменщиком не полетит.
И в ближайшие дни избавится от совместного ребёнка.
— Я так понимаю, Сандро, что до аборта дело не дошло… — улыбнулась китаянка.
— Как видишь, Аи.
— И что же князь?
— Тут же улетел с маминой соперницей.
— И не обещал вернуться, как Карлсон?
— Говорят, «Шторьх» сбили сталинские зенитчики прямо над будапештским аэродромом.
А вскоре подоспел мамин брат Варфоломей.
Его танк оказался надёжнее немецкого «кукурузника»…



2 комментария
Татьяна Рымарская
Да, нешуточные страсти
Разгораются порою…
Но для Аллы вышло — к счастью,
Ведь осталась-то живою!
Владимир Полежаев
В Рай (иль в Ад?) мог взять с собою…