Дамаск не лучше, чем Донецк,
И в круговерти той рулетки
Кощеев ждет его конец.

Ну, почему, он всюду лезет,
Пинок, желая получить?
Сидел бы в мраморном клозете,
Где обещал всех замочить.

Комар и моль в одном обличье,
Жужжит над ухом, жрет страну,
Бормочет о былом величье,
И что-то врет про старину.

В святые хочет? В бонапарты?
Так ведь известен их «венец».
Никто не выиграл в эти карты,
А кто блефует, тем в торец.

Устал весь мир от этой свары,
Когда «кругом одни враги»,
И лишь бандитские державы
Ведут с ним подлые торги.

Игрок не знает жертвам меры,
Заложит все: семью и дом,
Ну, а чиновные гетеры
Все пустят по ветру потом.

Опомнится страна, хренея,
(Дамаск не лучше, чем Донецк),
Откроется ларец Кощея…
Иглу сломают, наконец.