Добавлено в закладки: 0

ОБЕТ КОРОЛЕВЫ.

ТЕАТР создают АКТРИСЫ.
АКТРИСЫ творят ГЕРОЕВ-ЛЮБОВНИКОВ.
ГЕРОИ-ЛЮБОВНИКИ— ГВОЗДЬ КОМЕДИИ.
ГВОЗДЬ КОМЕДИИ — СВАДЬБА.

После событий в главе «ШАПИТО… АНТРАКТ» так и тянет сказать: «ТУТ ОН ПУСТИЛСЯ ВО ВСЕ ТЯЖКИЕ». Увы, следовать штампам — не мой стиль. У настоящего героя всегда есть «РОЯЛЬ, спрятанный в КУСТАХ».

Ведь оставалась ещё СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА! Хоть после помянутых неудач обратиться к ней, чтобы разделить моё одиночество, было полным безумием. На закуски и вино не поскупился.
Приглашение было принято моментально. Приличия ради позвал приятеля. Похоже, зря. Ведь она приходилась мне роднёй — если вспомнить Ору: у неё жил её щенок.
Товарищ с самого начала чувствовал себя неуютно. Он имел «счастье» знаться и с ГУСАР-ДЕВИЦЕЙ, потому с некоторым сомнением дал согласие поучаствовать в новом мероприятии.
Прежняя пассия явно проигрывала Её Снежному Величеству: не умела «ходить конём» и, если вспомнить «Новоселье», «не имела извилин в мозжечке».
Не знаю, как обстояло дело с последними у нынешней, но во время работы в Театре Эстрады она поднаторела в эротических танцах. Не путать со стриптизом. И их исполнение у меня дома вызвало у «третьего лишнего» воспалённый блеск глаз и учащённое дыхание.
Причём окончания музыки, когда пары расходятся на исходные позиции, девица явно не замечала и продолжала оставаться в объятиях партнёра.
В моих объятиях.

Столь явный намёк явно не способствовал пищеварению товарища, как бы он ни старался приналегать на угощения. В последнем «ПА» танца наши губы слились… вызвав эффект пробки, вылетевшей из бутылки шампанского. Товарищ схватил шапку и оказался у дверей лифта, отчаянно ловя воздух ртом и давясь недожёванным куском мяса.
Мы остались одни.

Но целительница моих ран не успокоилась, демонстрируя новые и новые хореографические эмоции. Лёгкие, нежные, но отнюдь не горячие прикосновения проникли под рубашку… У меня стали мёрзнуть руки и ноги. А завораживающий взгляд из-под приспущенных ресниц вызвал состояние, близкое к тому, что испытывает одинокий путник, затерявшийся в ледяной пустыне.

— Ты останешься у меня сегодня? — прошептал я.

— Конечно, — ответило эхо… — если будут проблемы с транспортом-том-том.

Возвратить мне жизнь помог графин «Рябины на спирту». Требовалось лишь отправить срочное сообщение домой: мол, Её Величество задерживается до утра у… родственника.
Увы, телефон в новой квартире ещё не установили. Мы вышли на улицу… Метрах в ста от подъезда засветился зелёный огонёк такси.
— Ах, какая жалость, — прошептала Снежная Королева.
Махнула рукой. Села в машину и укатила домой…

Тут-то я и припомнил вопрос, заданный ей несколько лет назад: не очень ли она жестока со своими соискателями?

— Милый, это ты когда-нибудь решишь сам. Обещаю… — ответила она.

ОБЕЩАНИЕ КОРОЛЕВЫ — ЕЁ ОБЕТ!

ДИАЛОГИ С ДИВАНОМ.

— Пора бы оставить, позабыть этих сверкающих, капризных особ, — убеждал себя я, приютившись на краю дивана в новой квартире. Но диван, хранивший аромат духов и воспоминания о прикосновениях небожительниц, яростно возражал:
— Ведь и они люди, живые люди со страстями, желаниями, которые иногда, наверное, вспоминают и о тебе. Ваши ссоры — что прошлогодний снег. Из-за туч отчуждения рано или поздно выйдет солнце воспоминаний, и его лучи, как всегда, превратят лёд обид в весёлые ручьи новых сладостных надежд.
Диван стоил дорого, а потому и рассуждал высокопарно.
— Да, и сам не хочу, — вздохнул я в ответ.

Приближались ноябрьские праздники. Первой обо мне вспомнила гусар-девица.

— Улетаю в Ленинград, — радостно сообщила она. — Заезжай, посидим на прощание.

Понятно, водохранилище на Клязьме замёрзло, а в Москве только я и остался.

Очевидно, главное качество настоящего мужчины — прощать, не замечать обид, доставшихся ему от женщин, и… не спорить с диваном. В конце концов, своим появлением в доме, как и прочей мебелью, он был обязан именно её стараниям.

Опять окраина Москвы.

Мы сидим на полу при свете свечи. Когда-то я мечтал о таком, но только вместе с принцессой Гармонией. Наверху, как всегда, что-то перепутали. Или посчитали: одна стоит другой. Возможно, они и были правы.

Тихий голос девушки, блеск её глаз, смущённая попытка заплести короткие волосы в косички…
Я теряю самообладание… Но понимаю: стоит загасить свечу — и… на выходе наверняка будут ждать родители с иконой, дабы благословить эту неуёмную пару… Дивана-советчика, слава Всевышнему, рядом не оказалось.А потому — нет! И ещё раз — нет! Натерпелся!
Чинно откланиваюсь и исчезаю в ноябрьской непогоде.
Увы, сам ноябрь никуда не делся. То, что он всегда творил с историей, касалось и обычных людей. От него не спрячешься даже в кругу родственников…
Там-то меня и застал звонок от Снежной Королевы.

— Ты что, обиделся? — удивлённо спросила она. — На что? Ах, вспомнила… Какая глупость! Я же не желаю друзьям зла. Кстати, приехала удивительная девушка из Баку. Надо бы её развлечь. Вся надежда на тебя.

Ах, эта наглость! Ах, эта лёгкость! АХ, ЭТА СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА!

И вот она — мужская логика! Тебя отвергли, тебя обманули и унизили — и оказывается, всё… для твоего же блага?
Почему-то вспомнилась песенка из старого-старого фильма про доктора Айболита — «Айболит-66», если интересно:

А когда бы Бармалей
Козни нам не строил,
Мы не знали бы, что мы,
Видимо, герои!

Что повсюду нам от них
Надо ждать подвоха.
Это даже хорошо,
Что пока нам плохо.

Это даже хорошо,
Это даже хорошо,
Что пока нам плохо!

Герой — то есть я — натянул свои «волшебные джинсы», дублёнку и отправился навстречу новым приключениям.
Не скажу, что по дороге в театр кукол — а именно с него предполагалось начать развлечение гостьи — не случилась пара-тройка знамений.
В метро меня ослепила улыбкой одна из старых подруг. Мы успели обсудить несколько рецептов приготовления черноплодного ликёра и жаркого из северного оленя. Обещал сообщить и пригласить, как только достану всё необходимое.
На улице несколько раз поскользнулся и чуть не упал. Какой-нибудь древнеримский Гай Марий только бы из-за этого отменил очередное сражение с германцами, но он — это не я.

НЕОБЫКНОВЕННЫЙ КОНЦЕРТ.

Она явилась вовремя. РАЗ!

Ни минуты опоздания. В Москве такое немыслимо. ДВА!!

Неоновый свет отражался от её серебряной куртки. ТРИ!!!

Длинный шарф завязан узлом… ЧЕТЫРЕ!!!!

Глаза, спокойная улыбка… А главное — имя. ПЯТЬ!!!!!

Оно «вышибло меня из седла»… То было бы ещё одним предзнаменованием не переходить Рубикон даже для бесстрашного Гая Юлия Цезаря. Но и они не сработали.
Спектакль, дававшийся в тот вечер, оказался созвучен последующим событиям: «Необыкновенный концерт». Куклы старые. Голоса артистов до боли знакомые. Но девушка смеялась, милостиво улыбаясь моим комментариям.
В зале вспыхнул свет, и мы вышли на улицу. Сценарий пришлось обновить. Это оказалось несложно. Одна беда: в тех краях, где она жила, мужчины подобного о себе НИКОГДА не рассказывали. Там в моде сплошной ПОЗИТИВ. Служба в армии, учёба в аспирантуре, защита диссертации… Если забыли — перечитайте заново…
Всё это противоречило принятым канонам и приличиям. Они скорее пугали, настораживали и одновременно заставляли забыть о «замёрзших руках и коленках».
Очевидно, из страха или желания прервать столь ужасные признания спутница неожиданно обхватила меня за шею и… Мои словоизвержения прекратились.
Это, понятно, помешало завершить историю эффектной концовкой. Чревовещать-то я не умел, а губы до конца прогулки оказались заняты…
Друзья, родственники, родители наверняка заинтересовались бы её статусом. Поэтому, опережая вопросы, нашёл краткую, заставляющую вздрогнуть от неожиданности формулировку: «НЕВЕСТА».
Я и раньше удивлял многих не всегда обдуманными ответами. Они — лучший способ прекратить лишние расспросы.
Показывать Москву начал с ипподрома. Сделали ставку на бегах… Почти выиграли. Свои успехи на манеже демонстрировать не решился. Слишком много знакомых. Тут же разнесут «по всей питерской», а там сейчас гусар-девица.
Дальше, по плану, пришлось встречать отца, возвращавшегося из дома отдыха. Ничего не подозревающий папа легко выскочил из вагона электрички. И всю дорогу домой пытался понять, почему эта девушка увязалась следом за нами. Тот же немой вопрос возник в глазах остального семейства. Её имя ничего им не говорило.
Ближе к ужину они-таки поинтересовались. Ответ прозвучал кратко: «Невеста. СПОКОЙНОЙ ВАМ НОЧИ».
Вряд ли в тот момент можно было найти менее удачное словосочетание. В качестве снотворного оно подходило ещё меньше.

Новая знакомая обладала тонким слухом. Будь она москвичкой, минимумом презрительная насмешка стала бы её ответом. Увы, в её краях подобная формулировка означала только одно. И это ОДНО воспринималось именно так, как оно слышалось: Н-Е-В-Е-С-Т-А.

«Возможно, — подумала она, — подобный статус стоило прежде обсудить с ней».

Но раскрывать рот, тем более спорить с мужчиной, имеющим подобную биографию, опасно.
И потом, роль «Невесты» успокаивала и ни в какое сравнение не шла с эпитетами тех ужасных типов, о которых она наслушалась от… чёрт его побери… «Жениха» днём раньше.
Представление же друзьям, родственникам и родителям по меркам города Баку считалось завершающей стадией сватовства. Смущал, конечно, срок: два с половиной дня. Ну так впереди-то — вся жизнь. Успеем разобраться с остальным.

Мои родители не стали откладывать это на столь длительное время. Но укоры, призывы одуматься и вспомнить о своих близких слышались не одну неделю. В ход пошли уговоры и доводы.

Первый: «Ты её совсем не знаешь!»

Ответ: «Вам рассказать то, что я знаю о других своих знакомых девушках, или то, что я о них так и не решился сообщить?»

Второй: «Мы о ней ничего не знаем!»

Ответ: «Так вам всё-таки рассказать ВСЁ о тех, кого вы из моих знакомых знаете?»

Третий: «Вы с ней знакомы только три дня!»

Ответ: «Два с половиной, если быть точными. Но других я знал значительно дольше, и это не принесло спокойствия и уверенности ни вам, ни мне. Она же за столь короткое время успела оценить достоинства вашего сына. Это ли не признак ума и хорошего вкуса?»

Последний аргумент: «Мол, на какие шиши надеешься свадьбу сыграть?» Обернулся против того, кто додумался его произнести.Родители не знали, насколько глубоко проникли «корни коррупции» в тело флагмана науки под аббревиатурой МГУ, где я ещё работал.
Пришлось приоткрыть завесу и над своими неприглядными деяниями. И выложить на стол пачку денег, происхождение которых можно было объяснить либо крупным мошенничеством, либо, что ещё хуже, нашумевшими тогда вооружёнными ограблениями сберкасс…

Шок от вновь открывшихся обстоятельств смягчил противоречия. Споры потихоньку утихли…

**ЭПИЛОГ. «ВЕНЦОМ ОКОНЧИВШАЯСЯ СКАЗКА»**

Поезд, идущий из прошлого, наконец пришёл к своей станции. Времена наступили иные. И потому я раскрываю Оскара Уайльда, пытаясь найти себе оправдание:

«Для философа женщины являют собой триумф материи над духом, — замечает он, — а мужчины — триумф духа над моралью».

Можно ли понять иначе смысл этих слов? Ведь только молодые и прекрасные девушки могли наставить на путь истинный вашего покорного автора, Михаила Брука, бессовестно претендовавшего на роль героя.
Вот поэтому я уже не один. И продолжать этот рассказ от первого лица было бы, пожалуй, не совсем честно.
У семьи, как известно, другое местоимение.

Мы.